Оренбургский пуховый платок

хоже на легенду, – с усмешечкой возра- зил на мои слова заезжий газетник. Он всё доведывался, что да как. А пос- ле и распубликуй меня на всю полосищу. Покрой тумбочку той писаниной, так по бокам ещё будет зря висеть. Такая боль- шая да, чего грех наводить, складная вы- скочила статьяра. И поклон прислал. Это потом... А тогда ух как налетела я на бумагоеда за легенду. – Что, – говорю, – платок – легенда? Пуховница, – говорю, – легенда? Вот я сижу перед вами. Какая ж я легенда? Как вязали здесь встарь, так вяжут и посейчас. Вон на моей памяти, ещё кро- шутка была, в нашей округе вязали ка- зачки, преподносили именитым гостям разогромные пуховые шали (пятьсот пе- тель) эстоль тонкой работы, что входили в золотой орех или в скорлупу обычного куриного яйца. Продевали те шали в об- ручальные кольца. И НА КОЗ ЧЕСТЬ ПАЛА Д обрые платки эти работают из пуха козы, что припожаловала к нам то ли с Тибета, то ли с Памира. Народ высортировал самолучшую по- роду. Отменней и не надо как подлади- лась она к нашей жизнёнке. Летом в оренбургских степях и пред- горках сорокаградусная жара. Зимой сорокаградусные морозы. Ураганы сры- вают с ног лошадей. И от зноя, и от стужи спасает коз под- шёрсток. Мягкий, нежный пух. Он тонок, лёгок. Его способно прясть. За такие плюсы заграница живо-два проторочила дорожку к нашему пуху и напала на него, как гуси на мякину. Парижане накатились ладить шали. Англичане затеяли мастачить пухо- вые платки на наш манер. Отчего так и прозвали их сами «имитация под Орен- бург». Всё бы оно и ничего, да не по карману оказалась приятность таскать пух по кру- госветью из края в край. И отважилась тогда заграница завезти на расплод са- мих наших коз. В1818 году французыотрядили в нашу сторону посланника своего Жубера. Про- лаза этот так и так излетал нашу землю. Где коза во дворе, туда и чужедальний козёл с бородой... Гонялся, гонялся, анадёргал-таки тыщу триста горьких козушек и, ох, смерть моя, родимец тебя уходи, пешим порядком погнал балахвост 28 экую тучу к морю. Вряд ли какая платочница и раз была на море. Так зато козушке-то нашей чести что! В Крыму уже чин чином спроводили на корабль. А с корабля коза выше коровы в поле. Проводили, уняли мостки да и покати- ли несчастных. Сегодня Стамбул, назавтра тебе вид ещё почудней. А там и сам Марсель... Всё про всё лишь третинка снесла долгое странствие в духотище трюмов, набитых битком. За козами смотрели – не всякая мать смотрит так за своими детишками. Всё одно проку пшик. В самой скорой скоро- сти шерсть козы решилась всех тех плю- сов, заради чего её и везли. Не ужилась, не приняла наша козушка и Англию, и Южную Америку. Разборчивая, умница. Всё на стороне не по ней. Да что его кивать на заграницу? Уже в наши дни недавно вот совсем, переправили партию коз на Кавказ. Чего уж лучше? Юг! Живи не хочу! И не захотела! 116 117 118 119 120 121 122 123 124 125