Оренбургский пуховый платок

The shawl often became a ritual element. The shawl was a participant in the Orenburg Cossack betrothal and wedding ceremonies. At the betrothal, as a signof her final agreement to marry, the bride gave her shawl to the bride-groom. Then, great merry-making began; it was called “the shawl”. The freedom of the maiden had come to an end. Then, in the church during the wedding, the newlyweds stood at the altar on a shawl spread there by the matchmaker. An old wives’ tale held that the first of the pair to step on it would be the head of the family. The shawl also had a special role to play on the first morning of the newlyweds. The matchmaker and young women of the village pinned red ribbons onto their shawls, which symbolized that the bride “had not lost her honour before the wedding”. However, from that morning, the now-married woman could no longer go around with her head uncovered or let her hair be seen by male strangers. From our vantage point today, it would seem that the shawl has always been part of the female couture. However, the history of the shawl in Russia begins as late as the 16th-17th century. Before that time, women used rectangular pieces of cloth to cover their heads. These were usually worn above the headdress. After shawls were introduced, they became not just a part of a woman’s costume; they turned out to be necessary, loved and sometimes just wanted. They were donned for great holidays and on dreary week days, on sultry summer days and frosty winter ones, on joyful days and in mourning. Кажется, что платок всегда был частью женского наряда. Однако история платка на Руси начинается только в 16-17 веках. В глубокой же древности для покрывания головы использовались куски ткани прямоуголь- ной формы – полотенца-убрусы и платы, которые обычно носили поверх головного убора. Платки не просто вошли в женский костюм, они стали необходимы, любимы, а иногда просто обязатель- ны. Их надевали по большим праздникам и в серые будни, жарким летом и холодной зимой, в радостные и скорбные дни. Платки носили по-разному – в зависимости от размера и местных обычаев: накидывали свободно на голову или на плечи, надвигали на лоб, завязывали узлом под подбородком или сзади на шее, скрепляли булавоч- кой или «впритычку», драпировали на плечах… С платком не расстава- лись с рождения до смерти. Он часто становился ритуальным атрибутом. У оренбургских ка- заков был участником свадебного обряда. Так, во время помол- вки в знак окончательного согласия выйти замуж невеста отдавала жениху свой платок. После этого начиналась пирушка-запой, которая называлась «платок». Вольное девичье житье в родительском доме заканчивалось. Уже в церкви, под венцом, пара становилась перед аналоем на разостланную свахой шаль. При этом замечалось: кто первый на нее ступит, тот будет главой дома. В первое утро новобрачных сваха и мо- лодые женщины прикалывали к своим платкам красные ленточки, показывая, что молодая «не по- теряла честь до свадьбы». Отныне замужняя женщина не должна ходить с непокрытой головой и показывать волосы чужим мужчинам. 24 25 26 27 28 29 30 31 32 33 Оренбургский пуховый платок. Паутинка. Оренбург. 40-е годы ХХ века. Белый козий пух, шелк, 150х145. Ручное прядение. Ручное вязание на спицах. Собственность ОМИЗО An Orenburg downy shawl. A cobweb. Orenburg, the 1940s. White goat down-hair, silk, 150 cm x 145 cm Yarn spun with supported drop spindles. Hand knitting. Property of the Orenburg Regional Museum of Fine Arts (ORMFA)