Оренбургский пуховый платок

– Хочу насмотреться... Ну не пейте... Хоть не давай… Увесь жа вымахнете! – Да вы сто лет ещё уживёте! А мы компот дёржи? – Не бойтесе, не сто… Совсема дажь малешко… Купите сахару! Не с руки отказывать. Пошли взяли у магазинщика ведро сахару. – Спасибо, уважили, – кладёт на то благодарствие бабка Пашанька. – А то я помру… Буду лежать царёхой, а вы бегай! И что ж думаешь? Села за прядево. Всё на себя бу-бу-бу: – Рано встала, да мало напряла. Него- же неполну веретёшку оставлять. Зять на подгуле подшкиливает: – Что нам прясть? Пусть зайцы прядут! А ты ложись! Смалчивает Пашаня на таковские вы- комуры. Утерпу набралась. Знай себе в нитку тянется. Старается. Олька, внучка, притолкнулась рядком раскроить ей кофтёшку из байки. При- везли старушке в гостинец. Пашаня и восстань: – Дажь не порть! Не надо! Не надо, ну и не надо. Олька опеть и накинь ножницы на старый гвоздок. Дело к ночи. Всё Жёлтое уже без ог- ней. Пашанька в своей боковушке всё пря- ла. Заподряд шесть дён уже пряла. Мозо- ли вон сели на пальцы. В доме уговаривали все: – Бабаня, не больно себя загоняйте. Ложитеся. А она ни в какую. – Ваш, – говорит, – день к вам взавт- ре чем свет подоспеет. А мне нонь пос- ледний сдан. Ну, ничего ей не сказали на таковские речи. Легли. Она всё пряла. Ковда это утром зовут к столу – голоса не даёт. Подходят, а она – мёртвая... Уснула и не проснулась. Ни мук тебе, ни стонов. Опочила смирнёхонечко… Эхе-е... Лежит на левом боку. Рука под щекой. А на столе полным-полна веретёшка пряжи... СЧАСТЬЕ В НАС, А НЕ ВКРУГ ДА ОКОЛО И з кручинного молчания вывел нас детский голос. Мы поворотили головы на крик. Оголец году так на пятом тянул распах- нутые руки к коту на крыше. Молительно просил-командовал: – Ну пигай, Барсик! Кот робел прыгать и с мяуканьем кру- жил по закрайке железной кровли. Мальчик устал держать раскинутые руки. Погрозил коту кулачком. – Да ну пигай ты! Лукерья не отпускала из виду маль- чонку. С сердцем хлопнула в ладоши. – Сашка! – спустила она тонкий голос на парнишку. – Ну, ты чё взвертелся? Я наведаюсь к те, запасная ты спица, в за- гривок. Ты допечёшь! Не мани кота, вер- топрах. Шею ж свернёт! Лучше по правде скажи, ты как след поел? – Как след... Бабуня, а мы вдвоём со стулкой, – мальчик кивнул на высочен- ную узкую табуретку у стены, – достига- ем до крыши. А можно, я подыму стулку, котик на неё скакнёт, и я спущу его тихо- тихо вниз? – Это совсем другой коленкор, – ска- зала Луша и подхвалила: – Я погляжу, так ты местами деловец! В два огляда кот был у мальчика на ру- ках. Отворилась дверь. За порожек занес- ла ноженьку важная такая да крепонь- кая девчоночка летами и росточком по- бедней мальчика.