Антон Власенко

ГРУППА «АКАДЕМИЯ САДКИ» Художественная группа «Академия Садки» стала исходной точкой и определяю- щим пунктом в «самостроительстве» Власенко. Эта группа – уникальное творческое объединение, за четыре десятилетия своей истории выработавшее особую систему взаимодействия, в основе которой – творческие поездки в горы Северного Кавказа и рыбацкий поселок Садки на берегу Азовского моря. Признанным лидером «Ака- демии Садки» стал живописец и рисовальщик Геннадий Глахтеев. Подчеркнем, что в случае «Академии Садки» речь идет не о простом выставочном объединении, но о постоянном взаимодействии и взаимовлиянии художников. Груп- пу создали ровесники, профессионалы, члены Союза художников, которым было тес- но в рамках официальной организации. Целью их работы стало честолюбивое стрем- ление «осмыслить реальность не только изобразительно, но и философски», попытка понять, «какими художественными средствами достигается великое в искусстве». Название «Академия Садки» возникло не сразу. Оно было подсказано общим увлечением древнегреческой философией и желанием исследовать основополагаю- щие категории художественной формы: пространство, пластику, цвет. Члены груп- пы всегда считали свои занятия более «академичными», чем учеба в «правильных» академиях, а принципы – более отвечающими природе творчества, чем требования «больших» выставкомов. Поначалу состав участников поездок заметно варьировался. Но постепенно вы- явилось ядро первого поколения: Геннадий Глахтеев, Антон Власенко, Владислав Ерёменко, Николай Рыбнов, Виктор Непьянов, Ирина Макарова, Валерий Газукин. Альтернативу советскому искусству «Академия Садки» искала в переосмыслении всей общеевропейской традиции, начиная с античности. Вслед за греком Периклом художники повторяли: «Мы создадим искусство, совершенное в своей простоте и изяществе». Талант всегда весьма ценился в «Академии Садки». Считалось, что понять на практике законы искусства способны все художники, но развивать их смогут «лишь одаренные природой». Члену группы надлежало «следовать художественным зако- нам», изучать «диалектику природы», а не просто пассивно копировать лишь внеш- нюю сторону реальности, ее «одежду», «оболочку». Привязанности в искусстве у самозваных «академиков» были разнообразными: от старых мастеров до модернистов. В равной степени почитались Веронезе и Де- лакруа, Вермер и Коро, Сезанн и Пикассо, Кандинский и Моранди. В такой широте предпочтений нужно видеть не эклектичное «сочетание несочетаемого», характер- ное для постмодернизма, но практический опыт анализа ценностей живописи. Трактовка искусства предшественников как совокупного множества различных пространственных систем позволяла «Академии Садки» создавать в живописи ин- дивидуализированные модели миропонимания, выстраивать личностные методо- логии организации пространства, по-новому раскрывающие характерное для нова- торов начала двадцатого столетия «предощущение Эпохи Великого Духовного» (В. Кандинский). «Академии» оренбуржцев, где бы они ни устраивались – у моря, в го- рах или городских мастерских, – это образ жизни, где сплетаются жи- вопись и рисунок, эстетика и поэзия, дружеские встречи и совместные интересы в творчестве и жизни. Анатолий Кантор