Оренбургский пуховый платок

Для вязальщицы спицы – основное орудие производства. К ним осо - бое отношение. «Хорошие иглы сами вяжут», – так скажет любая мастери - ца. При выборе спиц вязальщица обязательно обратит внимание на заточ - ку концов. Тупыми спицы быть не должны, но и острыми, колючими – тем более. Любимые спицы можно узнать по округлым, заглаженным от работы концам, отполированным за долгие часы вязания. Понятно и желание орен - бургских пуховниц украсить свои любимые иглы не просто скромной буси - ной, а непременно яркой и красивой, чтобы глаз радовала. На одном конце спиц для фиксации вязаного полотна закреплялась не только пуговица, но и кусочек школьной резинки или шарик из сургуча. В Оренбуржье вязальщицы говорят «сергуч». Брали его чаще всего у мужа с винной или водочной бутылки. Для того чтобы сделать сургучевый стопор на конце спицы, один конец иглы опускали в растопленный сургуч и под - сушивали. Любопытно, что кувандыкские вязальщицы по-разному оформляют правую и левую спицу. Наличие на концах разных по цвету и величине бу - син подсказывает, что одна спица для лицевой стороны с накидами, другая для изнаночной. Еще недавно на концы спиц надевали «пушки» – шарики из гусиного пуха. Пушки делались обычно осенью во время забоя гусей. С кончика хвоста (гузки) срезался кусочек пуха вместе с кожицей. Кожа засыхала, съеживалась, образуя пушистый шарик. Чтобы очистить пушок от жира и грязи, его несколько раз натирали мукой. В результате получалось лег - кое облачко, подобное самому белому пуху, из которого платок вяжется. Считалось, что пушки на спицы вязальщицы нанизывают для красоты и забавы. Однако верили и в то, что этим работа оберегалась от «дурного глаза» и чужой зависти. Вязание – занятие достаточно монотонное, тихое, без каких-либо шу - мовых эффектов. Чтобы хоть как-то оживить тишину во время работы и отогнать сон, на спицу насаживалась бусина с большим отверстием. Ее закрепляли на конце спицы с двух сторон сургучными шариками. Бусина исполняла роль легкого слухового раздражителя, откликаясь незатейливой своей мелодией на ритмичные движения вязальщиц. Современный чело - век не придает значения таким пустякам, но для мастериц промысла звуки, сопровождающие работу, являлись частью творческого акта, элементом ритуала, традицией. Так же, как эстетическое отношение к своим простым иголкам, украшение бусинами и пушками имело в основе желание украсить труд и сделать сам процесс работы красивым. do not attach any importance to such trifles, but sounds like these in the past were part of knitters’ work, tradition and ritual that helped them create their masterpieces. FRAME. An adjustable device used for stretching the knitted shawl body. Old knitters remember that a frame for stretching and drying the shawls has been used since the 1930s. Earlier they used to do the same by driving nails into the ceiling to stretch shawls on, 10 pieces at a time. Sometimes they used quilts for the same purpose. On a blanket like that there was room enough for one shawl only. However, some houses were too small to stretch large shawls. Neither was there enough room for washing the shawls for it made no sense to wash them without subsequent stretching. Ready-made shawls would be rolled in ugly bundles and taken to middlemen, and the middlemen would bring the shawls to the convent. 224