Антон Власенко

17 КАРАЧАЕВСК. РИСУНКИ. 1967 К моменту возникновения группы «Академия Садки» Власенко был вполне сло- жившимся графиком – акварелистом и гравером. Начало его творческого пути каза- лось достаточно традиционным. Уже на старших курсах института он начал активно выставляться, занялся преподавательской деятельностью, много путешествовал по стране, вступил в Союз художников, следовательно, получил право и возможность профессионально заниматься искусством. Усилия молодого автора были замечены специалистами. Его, например, и словом и делом поддерживал художественный критик Григорий Островский, отметивший качество и техничность произведений, представленных на первой персональной вы- ставке в 1970 году. Островский указал также, что выбор того или иного мотива (сюжета) для Власенко не самоцель, а «средство вызвать в душе зрителя ответную эмоциональную реакцию». Горные пейзажи талантливого южанина лишены крайностей вульгарного соцре- ализма, но, конечно, сориентированы, прежде всего, на традиции советской школы эстампа. В детально разработанных рисунках виден автор, неравнодушный к про- блемам композиции. В акварелях и гравюрах – изобретательный график, умеющий убедительно воплощать натурное впечатление в образах. Среди самых ранних работ особенно интересна сегодня серия карандашных па- норам горного Карачаевска, города, где Власенко тогда жил и преподавал в инсти- туте. Все рисунки, исполненные на листах тонированной бумаги, построены как сис- тема пространственных планов, согласно принципам искусства Владимира Фавор- ского и его учеников. В одних случаях это эпические пейзажи, в других – увлека- тельный, подробный рассказ о быте большого кавказского города. Многочисленные жанровые детали добавляют работам динамизма и убедительности. Хотя листы явно исполнялись как основа для будущих гравюр, их вполне можно рассматривать как самостоятельные произведения, отличающиеся редким художественным тактом и деликатностью. Автор мастерски владеет карандашом, добиваясь экономными штрихами сложных эффектов моделировки объемов и освещенности. С таким основательным «багажом» Власенко пришел в «Академию Садки» и последовательно отказался от своих достижений, вернее, должен был их переос- мыслить ради работы в группе. Его новые друзья демонстративно не признавали принятого в Союзе художников разделения на «живописцев» и «графиков», а эстамп и вовсе считали «специальным искусством» для выставок. Необходимо было изба- виться от привычных норм и правил, «не имеющих ничего общего с творчеством». Можно спорить, насколько справедливым было такое суждение, но печатная графика была отныне и навсегда оставлена, Власенко обратился к живописи и начал с азов. Без этого решительного шага не было бы художника неуспокоенного, вечно стре- мящегося к новому. Сама идея создания группы как способа исследования искусства принадлежала двум «карачаевцам» – Антону Власенко и его другу живописцу Вла- диславу Ерёменко. Их талант, темперамент и увлеченность предопределили успех этого странного начинания. Все мы осколки печальных и смешных времен социалистического реа- лизма. Многие, кто хоть краешком души и ума соприкасался в ту эпоху с творчеством, прикладывали массу страсти и сил, чтобы вырваться из консервативной банки официоза… Антону всего этого досталось с из- бытком… Кто знает, из чего рождается пафос творчества? По Гегелю, от «совпадения личности и идеала художника», не правда ли? . . Валерий Газукин