Варламов С.В. Записки художников

53 Серафим Николаевич Александров С Александровым я познакомился, наверное, в 1945 году, когда принес к нему свои рисунки к «Коньку-Горбунку». Теперь Серафим Николаевич мой друг. И эта дружба выдержала испытание временем. Мы почти одногодки – он старше меня на год с небольшим. За нашими плечами много прожитых лет, которые, как мне кажется, оставили в наших отношениях одинаковый след. Когда я или он погружались в прошлое, вспоминали дела минувших лет, мы оба загорались одним и тем же огнем. Из всех оренбургских художников С.Н. Александров – самый эрудированный человек, тонко чувствующий кра- соту в природе и искусстве, человек разносторонних интересов. Я ему обязан тем, что он на многое в искусстве открывал мне глаза. По должности Сера- фим Николаевич Александров – театральный художник. Театру он отдал более тридцати лет, но я все больше и больше склоняюсь к тому, что он прежде всего художник-станковист, и это его качество сильно сказывается в театрально-де- корационном искусстве, но об этом потом. Много вечеров провел я у Александровых, где, как правило, царит худо- жественная атмосфера. И его жена – Александра Михайловна, и их дочери, особенно Майя, любят искусство во всех его видах. Когда я прихожу к ним, то первым делом усаживаюсь за стол, и мне то Серафим Николаевич, то Майя подкладывают одну книгу за другой или альбом репродукций. При этом кни- га не обязательно по искусству, это или стихи какого-либо изысканного по- эта 17 или 18 века, или книга, посвященная какому-либо ученому, и так да- лее. Все редкое, все интересное. Нередко картина или репродукция с картины становится предметом жарких дискуссий, споров. Мы не всегда и не во всем согласны друг с другом, но, пожалуй, мы больше единомышленники, чем про- тивники. С пристрастием и увлеченностью мы обсуждали творчество А. Ар- хипова, художника яркой и сочной палитры (здесь наши мнения сходились вполне), П. Пикассо – художника очень сложного и многогранного (тут мы не во всем сходились друг с другом. Он, во всяком случае, больше ему сим- патизировал, чем я. Я не все принимаю у Пикассо), Б. Кустодиева, художника чисто русского, с очень хорошей народной подосновой, Врубеля (мы оба очень любим этого художника и много о нем говорим), абстрактных художников (я не признаю их за художников, Серафим Николаевич относится к ним более терпимо). Но мы всегда сходились на том, что манерность, подражательность модернистскому искусству, оригинальничанье, неуважение к натуре – ужасно.