Николай Прохоров

38 труб, пересекающих центр листа и извергающих черные извивающиеся клубы дыма, перечеркнувшие небо. Людей в гравюре немного, и они скорее име- ют стаффажный характер, подчеркивая масштаб происходящего. Художник революционной эпохи как бы переносит центр тяжести с созерцания на дей- ствие, впечатление заменяется анализом. Ксилография несет отпечаток той высочайшей культуры, которой отмечены гравюры его учителя П. А.Шиллин- говского. Рядом с крупным завитком массивного черного цвета тончайшие, ювелирной выделки штрихи, в своем пересечении создающие воздушную се- ребристость листа. Работа настолько совершенна в техническом отношении, что мы вправе назвать ее шедевром графического искусства. Романтическая приподнятость образов Прохорова зиждется на общественном восприятии событий той поры людьми. Нам трудно представить энтузиазм 20-х — начала 30-х годов, когда перед людьми вставала заря новой жизни, в которой царили идеи социальной справедливости, провозглашались высокие нравственные, моральные принципы. Красный путиловец. 1934. Ксилография. 10,5×17 ГЛАВА III. ВРЕМЯ И ХУДОЖНИК Маршевый ритм жизни, зовущий к действию. Новые темы и новые образы. Ленинградская гравюра на дереве. Экслибрисы. Работы на историко- революционную тему. Признаки нового на улицах Ленинграда