Штурм Берлина

Там, в Пено, я был у пулемётчика Кунявина вторым номером, и оттуда мы пошли с ним в наступление. В одной ожесточённой схватке мы оба были ранены и после боя оказались рядом на носилках в медсанбате. И тут Кунявин сказал мне не то шутя, не то серьёзно: — Ну, браток, если попадём мы в разные госпитали, то, значит, встретимся только в Берлине. Мы попали в разные госпитали, а потом где я только ни воевал, но о Кунявине не слышал. Обойдя залы рейхстага, я снова вернулся к колонне и к подписи гвардии сержанта Кунявина добавил свою. Доведётся ли моему боевому другу узнать, что мы вместе брали Берлин? Гвардии старший сержант Н. ГЛУШКО Что пережил я сегодня, — этого описать нельзя, невозможно. Это день долгожданный, незабываемый. Ах, как мы тебя ждали, — радостный, солнечный, весенний день нашей победы! Какими словами выразить мне эту великую радость? Гвардии старший лейтенант П. КУЧАНСКИЙ